На главную страницу   Сегодня: пятница, 18 августа 2017 года 
На главную страницу  
   

Меню

Крым









Наши партнеры
Новости сервера
Сайты о Крыме


ЦЕНЫ 2017
ОТДЫХ и ЛЕЧЕНИЕ
в КРЫМУ

ГОРЯЩИЕ ТУРЫ
В КРЫМ

СКИДКИ
на путёвки







    Содержание раздела "Курорты" закрыть
    Содержание раздела "Отдых и лечение" закрыть
    Содержание раздела "Карты Крыма" закрыть

поиск по сайту ICQ-консультанталфавитный указателькарта сайтадобавить в избранное
Советы от ИС «Крым для россиян»:


Главная >> АР Крым >> История >> Легенды и предания


Легенды и предания (статей - 53) Посмотреть весь список  


Гюляш-Ханым (старокрымская легенда)
            Туды-Мангу-хан был похож на быка с вывороченным брюхом; к тому же, он был хром и кривил на один глаз.
            И все дети вышли в отца; одна Гюляш-Ханым росла красавицей. Но Туды-Мангу-хан говорил, что она одна похожа на него.
            Самые умные люди часто заблуждаются. В Солгатском дворце хана жило триста жен, но мать Гюляш-Ханым занимала целую половину, потому что Туды-Мангу-хан любил и боялся ее.
            Когда она была зла – запиралась у себя, тогда боялся ее хан и ждал, когда позовет. Знал, какой бывает нрав у женщины, когда войдешь к ней не вовремя. А в народе говорили, будто ханша запирается неспроста. Обернувшись птицей, улетает из Солгатского дворца в Арпатский лес, где кочует цыганский табор Ибрагима.
            Попытался было сказать об этом Туды-Мангу-хан, и лицо его казалось чебуреком, который сочнел в курдючном сале.
            И всегда, когда хан шел на Ор, он брал с собой Гюляш-Ханым на счастье, чтобы досталось побольше добычи и была она поценнее.
            Один раз добыл столько, что понадобилось сто арб. Была удача большая, потому что Гюляш-Ханым не оставляла хана, даже когда он скакал на коне.
            Но арбы шли медленно, а хану хотелось поскорей домой. Позвал он Черкес-бея и поручил ему казну и Гюляш-Ханым, а сам ускакал с отрядом из Солгат.
            Весел был хан, довольны были жены. Скоро привезут дары. Только не всегда получается так, как думаешь.
            Красив был Черкес-бей, строен, как тополь, смел, как барс, в глазах купалась сама сладость. А для Гюляш-Ханым настало время слышать, как бьется сердце, когда близко красавец.
            Взглянула Гюляш-Ханым на Черкес-бея и решила остаться с ним – обратилась в червонец. Покатился червонец к ногам бея, поднял он его, но не положил его к себе – был честен Черкес-бей – и запер червонец в ханскую казну. Честным поступком не всем угодишь.
            А ночью напал на Черкес-бея балаклавский князь, отнял арбы, захватил казну. Еле успел спастись Черкес-бей с немногими всадниками. И повезли Гюляш-Ханым с червонцами в Балаклаву. А в верхней башне замка жил греческий князь. К нему и принесли казну. Открыл князь казну и начал хохотать. Вместо червонцев в казне звенел рой золотых пчел.
            – Нашел, что возить в казне, глупый Туды-Мангу-хан!
            Вылетел рой. Поднялся к верхнему окну; но одна пчела закружилась около князя и ужалила его прямо в губы. Поцелуй красавицы не всегда проходит даром.
            Отмахнулся князь и задел крыло пчелы. Упала пчела на пол, а кругом ее посыпались червонцами все остальные. Поднял от удивления высокую бровь балаклавский князь и ахнул: вместо пчелы у ног его сидела, улыбаясь, ханская дочь; загляделась на него. Был красив Черкес-бей, а этот еще лучше. Светилось на лице его благородство, и в глазах горела страсть. Околдовало его волшебство женской красоты, и оттолкнул юноша ногой груду золота. Когда молод человек, глаза лучше смотрят, чем думает голова. Схватил ханшу на руки и унес к себе.
            Три дня напрасно стучали к нему старейшины, напрасно предупреждали, что выступило из Солгата ханское войско. Напиток любви самый пьяный из всех; дуреет от него человек.
            А на четвертый день улетела Гюляш-Ханым из башни. Обернулась птицей и улетела к своим, узнала, что приближается к Балаклаве Черкес-бей.
            Скакал на белом коне Черкес-бей впереди своих всадников и, услышав в стороне женский стон, сдержал коня. В кустах лежала Гюляш-Ханым, плакала и жаловалась, что обидел ее балаклавский князь, надругался над ней и бросил на дороге.
            – Никто не возьмет теперь замуж.
            – Я возьму, – воскликнул Черкес-бей, – а за твою печаль заплатит головой балаклавский князь.
            И думала Гюляш-Ханым по дороге в Солгат – кто лучше, один или другой, и хорошо бы взять в мужья обоих, и князя, и бея, и еще цыгана Ибрагима, о котором хорошо рассказывает мать. Когда имеешь много, хочется еще больше.
            А балаклавский князь искал повсюду Гюляш-Ханым и, когда не нашел у себя, пошел, одевшись цыганкой, искать в ханской земле. Через горы и долины шел до Солгата.
            На много верст тянулся город, но не было никого на улицах. Весь народ пошел на площадь к ханскому дворцу, потому что Туды-Мангу-хан выдавал младшую дочь замуж и угощал всех, кто приходил.
            Радовался народ. Сто чалгиджи и сто одно думбало услаждали слух, по горам горели костры; ханские слуги выкатывали на площадь бочки с бузой и бетмесом; целое стадо баранов жарилось на вертеле. Славил солгатский народ Туды-Мангу-хана и его зятя Черкес-бея. Завтра утром повезут Гюляш-Ханым мимо мечети султана Бибарса; будет большой праздник.
            Думала об этом Гюляш-Ханым, и что-то взгрустнулось ей. Подошла к решетчатому окну в глухой переулок и вспомнила балаклавского князя.
            – Хоть бы пришел.
            И услышала с улицы, снизу, старушечий голос:
            – Хочешь, погадаю; вели впустить.
            Велела Гюляш-Ханым впустить ворожею и заперлась с нею вдвоем.
            – Гадай мне счастье.
            Посмотрела Гюляш-Ханым на цыганку. Горели глаза безумным огнем, шептали уста дикие слова. Отшатнулась ханша. Упали женские одежды, и к ней бросился балаклавский князь.
            Бывает луна белая, бывает желтая. Посмотрели люди на небо, увидели сразу три луны: одну белую и две в крови. Подумали – убили двух, третий остался.
            Вскрикнула Гюляш-Ханым. Вбежал Черкес-бей. В долгом поцелуе слились уста. Мелькнуло лезвие ятагана, и покатились две головы любивших.
            Оттолкнул Черкес-бей тело Гюляш-Ханым и женился в ту же ночь на старшей дочери хана. Потому, что не должен мужик жалеть бабу.
            Теперь от Солгатского дворца остались одни развалины. Совсем забылось имя Гюляш-Ханым. Но в весеннюю пору, когда у местных татар играют свадьбы, в лунную ночь видят, как на том месте, где был ханский дворец, встречаются две тени. И спрашивает одна:
            – Зачем ты погубил меня?
            И отвечает другая:
            – Я любил тебя.
      
Легенда была напечатана в газете «Утро России» за 1912 г.



погода

возд.
вода

курсы валют

10 РУБ=4.29 ГРН
1 USD=25.49 ГРН
1 EUR=29.93 ГРН

цены

дизтопливо
3.70 ГРН
бензин А98
4.60 ГРН

конкурс

В ближайшее время на сервере начнется конкурс на лучший анекдот о Крыме. Следите за новостями сервера.

подписка




Rambler's Top100





Copyright © Dr. Smile, 2001-2016